CINEMA-киновзгляд-обзор фильмов

Книжный развал

Новый выпуск

Архив выпусков

Разделы

Рецензенты

к началу





Ю.А. Федосюк. Что непонятного у классиков, или Энциклопедия русского быта XIX века.

Наука, 2002
/ 2002


"Что непонятного у классиков, или Энциклопедия русского быта ХIХ века" - так называется книга Ю.А. Федосюка, выпущенная издательством "Наука" в 2002 г. История этой книги началась в середине 1950-х гг.: собранные материалы долгое время пополняли книги и словари по этимологии, истории культуры и быта. Материал для этого издания целиком взят из произведений русской классической литературы, а потому книга не повторяет близкие по назначению работы ("Беседы о русской культуре" Ю.М. Лотмана, словарь-справочник "Редкие слова в произведениях авторов ХIХ века" под ред. Р.П. Рогожниковой, "Костюм в русской культуре XVIII - первой половине XIX века" Р.М. Кирсановой и т.д.).

Востребованность подобного издания не подлежит сомнению: чем дальше, тем сложнее современному читателю понимать классику, к тому же и школьнику далеко не всякий учитель может при случае разъяснить непонятное слово. Остается ограничиться приблизительным опознанием по виду - предмет, костюм, чин, средство передвижения и т.д. Для понимания общего смысла этого бывает вполне достаточно. Да и важно ли все это, когда речь идет о вневременных общечеловеческих нравственных и философских категориях, составляющих главную ценность классики. Если только последнее привлекает ваше внимание, книга Ю.А. Федосюка вам не нужна.

Она рассчитана на простую и естественную любознательность, когда хочется узнать смысл слова (скажем "воксал" это не то же самое, что "вокзал", а увеселительное заведение с садом и буфетом), вообразить, как это выглядело (например, что следует представить, когда читаешь, что "Чичиков выпил бутылку кислых щей" - оказывается, так назывался особого рода шипучий квас, который бродил так, что его можно было держась только в толстой бутылке), что означала та или иная фраза (допустим, такая фраза в "Обрыве" Гончарова: Райский "подал к переводу в статскую службу и был посажен Аянову в стол", где "стол" - это низшее подразделение министерства).

Но не только восполнением знания того, что ушло вместе с историей и культурой хороша книга. Многое сохранилось и в современном языке, но не вполне осознается нами. Скажем, говорить "Спасибо Вам" совершенно безграмотно с точки зрения русского языка, поскольку "спасибо" есть усеченная форма "спаси Бог", т.е. надо бы говорить "спасибо Вас", язык в данном случае пошел за формой, узаконив усечение и формы, и смысла. Такие осколки существовали уже в XIX веке. Как следует понимать, такую фразу Снегирева в "Братьях Карамазовых": "Скорее бы надо сказать: штабс-капитан Словоерсов, а не Снегирев, ибо лишь со второй половины жизни стал говорить словоерсами. Слово-ер-с приобретается в унижении". Что это за "слово-ер-с"? В речи и на письме оно выражается в прибавке -с (пожалуйте сюда-с:), а означает усечение слова "сударь", и, следовательно, частое употребление слова-ер-са указывает на почтительность и уважение к собеседнику.

И уж, конечно, смысловые тонкости исчезают, если мы не понимаем реалий, на которых они строятся. Например, что особенного в том, что Ковалев, герой повести Гоголя "Нос", предпочитал называть себя майором. На первый взгляд, военный чин просто неуместен, когда речь идет о штатском человеке, хотя формально и его реальный чин - "коллежский асессор", и чин майора равноправны - размещены в 8-м классе табели о рангах. Однако в общем представлении военные чины звучали более презентабельно и имели явное преимущество перед гражданскими. Карьеризм двойника майора Ковалева - Носа - будет восприниматься гораздо более естественно, если мы с самого начала по именованию себя майором уловили амбициозность героя.

Или, например, можно квалифицированно установить, что ставшее почти узаконенным теперешнее официальное обращение "господин (скажем) Иванов" не просто нелепо и неправильно, но и в иных ситуациях двусмысленно, поскольку так обращались только вышестоящие к подчиненным, в то время как повсеместная формула обращения - сударь - не отягощалась оттенками субординации.

Если уж речь зашла о табели о рангах, приведем чеховскую "табель о рангах" (своеобразный "гамбургский счет" для современников), приведенную Ю.А. Федосюком в конце соответствующего раздела "Чины и звания":

- Действительные тайные советники (вакансия);

- Тайные советники: Лев Толстой, Гончаров;

- Действительные статские советники: Салтыков-Щедрин, Григорович;

- Статские советники: Островский, Лесков, Полонский;

- Коллежские советники: Майков, Гаршин, Г. Успенский, Плещеев;

- Надворные советники: Короленко, Боборыкин, Надсон;

- Коллежские асессоры: Минаев и другие, ныне забытые литераторы.

Неоспоримое удобство этого издания, кроме прочего, состоит в том, что толкуемые слова собраны в разделы и снабжены различными примерами из классики: "Как одевались", "На чем передвигались", "Быт и досуг", "Чины и звания", "Меры и веса" и т.д. Другими словами, вы узнаёте не только смысл того или иного слова, но получаете возможность составить цельное представление об интересующей вас области культуры и быта. Сам же указатель насчитывает 1300 слов.

Заглядывайте почаще и в классиков, и в подобные издания, чтобы горькая фраза Пушкина "Мы ленивы и не любопытны" не отзывалась как суровый, но справедливый приговор.

Рецензент:Литвин И.А.